на первом интервью. - Но теперь моя пенсия
  в КГБ - семьдесят долларов в месяц, на эти деньги жить нельзя. Конечно, вы
  можете взять себе молоденькую секретаршу с большими сиськами и сладкой
  попкой, но вряд ли это будет умно. Я знаю компьютер, печатаю на пяти
  языках и стреляю из любого оружия". Винсент взял ее на работу и не пожалел
  об этом: лучше нее никто не умел укрощать самых озлобленных клиентов, и
  даже с Амадео Джонсоном, который все чаще звонил из Лос-Анджелеса, требуя
  первых доходов, она разговарила, как с равным и на эбоник, жаргоне
  африканоамериканцев, отчего Джонсон мгновенно таял на том конце провода.
  Так почему она не может поговорить с помощницей министра обороны?
   - Говори с ней. Что она хочет? - сказал секретарше Винсент.
   - Она хочет говорить только с вами, - ответила секретарша и,
  усмехнувшись, объяснила по-итальянски: - Она думает, что знает английский.
   Винсент взял трубку:
   - Hello.
   - Mr. Ferrano?
   - Yes, mam.
   - I colonel Veta Ganko. I first assistant Ministra Defence. Understand?
   - Yes, mam, - Винсент переложил трубку к правому уху, чтоб лучше
  слышать и перешел на русский: - Dobry den, madam.
   - We read letter от mayor, - упрямо продолжила полковник Ганько на
  своем неандертальском английском. - We want know you give us one
  bulletproof Mercedes? Yes or no? (Мы прочли письмо от мэра. Мы хотим
  знать, дадите ли вы нам бронированный "мерседес"?