тебе зажигалку. Все равно она из фальшивого золота. Гуд бай, Винни.
  Мой адвокат сидит этажом ниже, иди подпиши у него все бумаги. - Амадео
  баскетбольным броском вернул Винсенту его зажигалку и вдруг сказал, словно
  только что вспомнил: - О, между прочим! Ты видел этого Зускина? Сколько он
  тебе заплатил за то, что я его не трахнул? - и расхохотался при виде
  растерянного лица Винсента. - О, нет, нет! Я не отнимаю у друзей их мелкие
  доходы. Просто интересно, во сколько этот fucking scum ценит свою
  еврейскую задницу? - И, не ожидая от Винсента ответа, паснул ему по столу
  два четвертака: - Будь другом, брось в счетчик у "ламборджини".
  
  
   Выйдя из "Санта-Фе траст сэвинг бэнк" и опустив монеты в счетчик возле
  роскошного "ламборджини", который до сей минуты был его главной визитной
  карточкой, эполетами успеха и самой верной наживкой для клиентуры, Винсент
  отошел шагов на сто по улице и вдруг в сердцах боднул головой рекламную
  тумбу.
   - Идиот!.. - простонал он. - Идиот!..
   Мимо, сияя лакированными крыльями, безучастно тек поток чистеньких
  калифорнийских "лексу-сов", "мерседесов", "ферарри" и "БМВ". Их вели
  молодые, удачливые и талантливые победители жизни. И никто из них не
  смотрел по сторонам, никто, как и сам Винсент всего пару дней назад, не
  видел, не знал и знать не хотел тех, кто слетел с дороги в кювет, на
  тротуар, на обочину. Только какой-то пацан-посыльный притормозил свой
  велосипед