плечи ко-роткоствольные
  "Калашниковы", пошли за ней, но остальные остались при нем, и он не мог
  придумать никакого повода тоже отослать их от себя. Да и опасно это - если
  он погибнет один, это будет очевидное даже для дилетантов самоубийство.
   А Кремлю нужна военная победа, чтобы признать свое поражение.
   Звонкая горная тишина стояла в воздухе, и пронзительно пахло цветущим
  кизилом и свежей весенней травой.
   Он набрал длинный секретный код прямого телефона короля Марокко Хасана
  Второго и посмотрел на свои ручные часы, подаренные ему Ель Тзыном пять
  лет назад в парилке его подмосковной дачи. Секундная стрелка приближалась
  к римской цифре XII - семь, шесть, пять, четыре... Большой палец его левой
  руки завис над телефонной кнопкой с надписью "SEND" так, как через минуту
  на высоте пяти тысяч метров зависнет на кнопкой "ПУСК" палец его
  удачливого убийцы.
   Он коротко вздохнул и еще раз посмотрел вокруг. До конца его жизни
  оставалось максимум девяносто девять секунд. Ослепительно сияла луна, и
  под ее золотисто-зеленым светом все дальше и дальше уходила к тюльпанам
  его светловолосая русская жена.
   Пора!
   Не столько умственным или волевым усилием, сколько рефлексом
  профессионального летчика он нажал кнопку и почти воочию увидел, как
  тонкий пульсирующий конус радиосигнала полетел от тарелки антенны в это
  искрящееся звездами небо. Он не знал, как далеко от него находится "Грач"
  и как