или
  мы вообще не играем в этот бизнес! - И добавил по-итальянски: - Капиччи?
  Понимаешь?
   Болотников долго смотрел ему в глаза, потом нагнулся клевой тумбе
  своего роскошного, из красного дерева письменного стола и открыл ложную
  деревянную дверцу, за которой оказалась стальная дверца сейфа. Покрутив
  ручку с цифровым кодом, он открыл этот сейф, вытащил и бросил на стол две
  пачки стодолларовых купюр, перетянутые фирменной бумажной лентой
  Американского федерального банка.
   - О'кей, - сказал он, - вот двадцать тысяч. Это мои собственные деньги.
  Я думаю, ты мне их скоро вернешь.
   - О, конечно! - насмешливо ответил Винсент и самодовольно усмехнулся,
  выходя из банка: - Yobany Russki! Я научу их, как вести бизнес!
  
  
   Но и эта маленькая полупобеда утешила Винсента ненадолго. Потому что
  квартиры, которые они смотрели в то утро, вызвали у Винсента новый прилив
  бешенства.
   - It is huynia! Look at that shit! (Это хуйня! Посмотри на это дерьмо!)
  - он в сердцах откинул пыльную портьеру, закрывающую окно, и тут же вся
  штора рухнула вместе с карнизом, едва не проломив ему голову. То была
  четвертая квартира, в которую привезли Винсента и Робина Александра и
  косоглазая Наташа, хозяйка московского агентства "Комфорт интернешнл",
  красивая прохиндейка с порочной походкой. - Fuckin' Russia! - Винсент
  выбрался из-под пыльной шторы и, отряхиваясь от бетонной крошки,
  просыпавшейся из креплений