никакой газеты на столе не было. Там
  лежал пожелтевший "Боевой листок".
  
  - Да. С Черноморским флотом не все так просто,- прислушиваясь, как алкоголь
  начинает согревать душу, довольно откинулся на спинку кресла Михалыч.-
  Казалось бы, кому он нужен, этот образцово-показательный флот? Знаешь,
  теперь у молодых лейтенантов перед распределением в голове одна мысль: лишь
  бы не попасть на ЧФ. Уж лучше в Гремиху. И не только теперь. Всегда так
  было. Ну, не всегда, где-то с начала пятидесятых. Перспективы служебного
  роста на ЧФ - никакие. Если туда попал, считай, выше командира корабля не
  поднимешься. В Севастополе, если ты не по гражданке одет, пивка не смей
  попить. Тут же патруль заметет, хоть ты лейтеха, хоть каптри. А патрули
  идут с дистанцией в сто метров. Жуть! Совершенно не понимаю, на кой ляд
  Украина и Россия этот флот делят-делят, а поделить не могут. Да пропади он
  пропадом!
  
  Историк перевел дух, успокоился малость и поднял раскрытый и сложенный
  посередине "Московский комсомолец".
  
  - А вот в этой газетенке,- с коньяка он явно пересел на конька,- пишут про
  Курилы. Опять-де бравые японцы долю требуют. И подпись под статьей хорошая:
  "А.Созидалов". Знаю я этого Созидалова. Раз в три месяца захаживает,
  сволочь. Кричит с порога: "Михалыч, спасай!