ым ни был хозяин
  потенциальных снайперов, есть только одно место, где он не сможет
  разместить своих стрелков. Какой из этого вывод? Только один: значит, нам
  туда дорога. Эх, давненько не бывал я на Красной площади. Особенно при
  столь "стесненных" обстоятельствах.
  
  Над головой вибрировал клюшечный треск молний и сшибались друг с дружкой
  хоккеисты-тучи, норовя прижать противника к борту. Дождь выдался что надо.
  Какой и нужен был. Палочка-выручалочка. Анатолий повеселел еще больше.
  
  Прикрыв зонтом затылок и спину (дождь - ерунда, лишь бы случайный снайпер
  не смог надежно прицелиться), Хутчиш машинально шагал в особой манере
  "мазурка[7]" и разглядывал трофейные мандаты. Направо полетел читательский
  билет библиотеки имени Ленина. Заводской пропуск на кондитерскую фабрику
  имени Бабаева полетел налево. У Лобного места в руках у Хутчиша остались
  два документа: студенческий билет МГИМО и удостоверение помощника депутата
  от фракции ЛДПР на имя Елены Ковальской. Прямо сейчас, без соответствующих
  приготовлений выдать себя за пани Ковальскую не представлялось возможным,
  поэтому придется жертвовать новоиспеченной кредиткой.
  
  Постовой на воротах Спасской башни Савелий Дерендяев по случаю дождя был
  погружен в тоскливые раздумья. Погружен настолько глубоко,