загорелые, обросшие оранжевым
  пухом и покрытые синими цыпками ноги. Три принадлежащие группе и не
  пользующиеся косметикой и мужским вниманием девицы с высокомерной завистью
  проводили глазами пару.
  
  Артем и Марина свернули направо от шипящего змеей фонтана - туда, где за
  качаемыми ветром деревьями билась о рябые гранитные валуны кучерявая волна.
  Мимо киосков с мороженым, мимо печальных продавцов надувных шаров
  кислотного цвета, мимо смеха, доносящегося от еще царем Петром придуманных
  водооросительных забав.
  
  Но не доходя до воды, Артем еще раз свернул направо и увлек Марину подальше
  от людского говора и шума фонтанов.
  
  К беглецам спустилась от самой кроны белка, надеясь на подаяние. Но
  инстинкт тут же подсказал зверьку: что-то в этой паре не так. Опасностью
  повеяло от беглецов. И белка взлетела обратно на дерево, обиженно ругаясь.
  
  Деревья заслонили окружающий мир. Осталось лишь небо - с растерзанными
  ветром, как старые афиши, облаками, и полоска воды, всхлипывающей у
  обкатанных гранитных обломков.
  
  Марина едва не поскользнулась на влажной, прело пахнущей траве, но Артем
  поддержал ее, потянул к самой воде, заставил, вскрикивающую и охающую,
  перепрыгивать с камня на камень.
  
  За большим валуном обнаружилась лодка, прикованная ржавой цепью