голову бутыли-ветерану и плеснул жидкости по
  стопкам. Жидкость маслянисто поблескивала в солнечных лучах, пробивающихся
  сквозь маскировочную сетку берез на соседнем участке. "Как красиво,- вяло
  подумалось генералу.- Солнце в бокале. Выпьешь, и солнцем полна голова.
  "Солнцем полна голова",- кажется, это название книжки шансонье-ренегата Ива
  Монтана". "Когда поет далекий друг..." - вспомнились генералу слова
  полузабытой песенки, посвященной пресловутому Иву ретивым отечественным
  одописцем. А по-нашему - "Когда нальет далекий друг..." Генерал улыбнулся
  родившейся шутке и посчитал, что ее можно и вслух произнести:
  
  - Ну - когда нальет далекий друг!
  
  - Ну - за встречу.- Князев потянулся было за своим стаканом, но отдернул
  руку.- Тьфу ты, голова садовая, совсем забыл. Погоди немного. Я, кстати,
  твою задачку вроде решил...
  
  И он вновь исчез в доме.
  
  Генерал опасливо покосился на свою порцию; градусы над стопкой так и
  порхали. Нельзя ведь, докторишки категорически сказали, печень, аритмия,
  давление,- шептала одна часть его сознания. А вторая увещала: подумаешь,
  стопочка. Те же докторишки говорят - можно понемногу, сосуды, дескать,
  расширяет. Опять же - нельзя не выпить со старым другом...
  
  Вдруг промелькнуло: а не сыпануть ли Ваньке в стаканчик