ся в бар. Ее я увидел сразу и - бац! -
  сразу понял: она. Вот моя судьба. Бляха-муха, никогда в такие штучки вроде
  любви с первого взгляда не верил, а тут на тебе...
  
  Эвелину Зигг стале-нефтяные короли не интересовали. Она отмечала успешное
  выполнение очередного задания - убедить молодого перспективного режиссера
  экранизировать один из романов Яна Флеминга, задания "ястребов", которые на
  некоторое время одержали в Конгрессе верх над "жаворонками". Отмечала она в
  одиночестве и никого не хотела видеть. Поэтому, когда высокий
  симпатяга-блондин, улыбаясь во все шестьдесят четыре зуба, подсел к ней за
  стойку, она просто отвернулась от него, явно давая понять, что спутники на
  сегодняшний вечер ей не нужны... Но - вокруг буйствовал безумный, слепящий
  карнавал, но - блондин был столь галантен и остроумен, но - она чувствовала
  себя одиноко в чужой земле... И случилось то, что случилось.
  
  Бляха-муха, да Ромео-то со своей Джульеттой драной - всего лишь недоростки
  желторотые. А я и Эвка были, ни много ни мало,
  разведчиками-профессионалами, огонь, воду и еще черт знает что прошли.
  Против шуров-муров этих сопляков итальянских на дыбы встали лишь их папашки
  с мамашками - люди пусть и крутые, но не дальше Вероны, или как там ее...
  За нашими же спинами стояли