-муха, приказали быть
  свидетелем? Не знаю. Сомневаюсь. Мы с Семкой все ж таки друзья. Кровные
  братья, почитай, бляха-муха.
  
  ...А потом была опасная, изнуряющая работа и была сжигающая, одурманивающая
  любовь. С Эвкой мы всегда работали в паре и никогда - против Америки.
  Советское командование пошло на эту уступку, ибо понимало, что только в
  спарке эти странные агенты сумеют выполнить самые невозможные задания.
  Нечего тут зубы скалить. Я сказал, невозможные, стало быть, так оно и есть.
  Если весил я две мегатонны, а Эвка - килотонн шестьсот, то вдвоем мы тянули
  на все пять мегов. Такая, блин, арифметика.
  
  А вот чего никто не мог понять, так это как, откуда могли возникнуть
  чувства между гражданами враждующих государств? В кулуарах Первого
  управления КГБ поговаривали, что Иван Князев просто выполнял очередное
  задание - перевербовку сильного агента противника. Поговаривали, что
  Эвелина Зигг секретными каналами перегоняет на Запад информацию, которую во
  сне выбалтывает ее муж. Поговаривали даже, что оба перевербованы ЮАР и
  готовят что-то.
  
  А нам плевать было на этот треп - мне и... Эвелине.
  
  Эвелина, Эвелина, Э-ве-ли-на... Кто виноват в том, что все так случилось?
  
  ...А потом, в сентябре шестьдесят шестого, у нас родился мальчик, в честь
  деда