деда по отцовской линии названный Анатолием, и Эвелине на какое-то время
  пришлось оставить оперативную работу.
  
  ...А я продолжал отдавать свой патриотический долг Родине. Виделись мы в
  общей сложности, почитай, месяца по четыре в год. Толька, засранец, рос как
  на дрожжах, я, признаться, не узнавал сына, когда возвращался. Но, надо
  сказать, он меня тоже с трудом узнавал. А что прикажете делать? Я, как твой
  виртуоз Москвы, мотаюсь по всему миру, куда партия и правительство пошлет,
  пули, блин, зубами ловлю и ордена "в стол" зарабатываю... руки вот
  лишился... из-за которой, проклятущей, все и произошло... А он, Толька то
  есть, без меня ходить начал - раз, заговорил - два, читать выучился -
  три... Кстати, первое слово, которое он произнес, знаете, какое было? Хрена
  вам - "папа-мама". "Конспилация" он сказал. Так-то...
  
  Но уж за те самые положенные четыре месяца мы отрывались по полной
  программе, будьте нате. Ялта, Сухуми, Анталия, Эйлат, Кипр, Флорида - я,
  Толя и... Эвелина.
  
  Эвелина, Э-ве-ли-на... Два легких, почти одинаковых звука на выдохе: Э...
  Ве... И два легких, почти одинаковых касания языком нђба: Ли... На...
  Эвелина.
  
  Я не знал про операцию "Красная борода". Тогда, в конце октября семьдесят
  второго года мы арендовали коттеджик в тихом