лезились глаза, дьявол их побери. У себя в конторе товарищ
  Семен за компьютер предпочитал не садиться: излучения побаивался, как
  побаивается старуха современную стиральную машину, да и полагал, что по
  чину несолидно.
  
  "ПРОПУСК ПОЛУЧЕН,- наконец обрадовал телевизор.- ВЫ ИМЕЕТЕ ДОСТУП К
  ЭКРАНИРОВАННОЙ КОММУНИКАЦИИ, ПОЖАЛУЙСТА. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ С АБОНЕНТОМ НЕ
  ВЕДЕТСЯ".
  
  Вообще-то сегодня генерал впервые пользовался этим каналом связи - на
  обычную игру с явками и паролями не хватало времени.
  
  Черно-белая рябь на экране сменилась землистого цвета фоном, на котором
  проступил размазанный силуэт человека неопределенного пола.
  
  - Генерал! - раздался из стенных динамиков грозный, искаженный
  гармонизаторами голоса рык, и от этого звука товарищ Семен съежился в
  кресле.- Мы надеемся, что наша маленькая просьба выполнена и вы выходите с
  нами на связь исключительно для того, чтобы подтвердить сей непреложный
  факт.
  
  Под давлением замогильного голоса генерал стал вовсе маленьким и жалким.
  Куда делось с таким трудом найденное подходящее настроение?
  
  - Э-э...- пролепетал он в черно-блестящий, как надраенные сапоги,
  микрофон.- Да, Господин Доктор. Безусловно, да. Объект У-семнад...
  
  - Давайте обойдемся без конкретики,- перебил голос.
  
  - Конечно, конечно,-