думал я. Пройдет еще несколько дней, и острота чувств сгладится. Я снял трубку, мне сообщили, что сейчас ровно семь утра.
  
  ***
  
   Капитан Уайлдер оказался пухлым и веселым человеком с неиссякаемым запасом шуток и грязных историй, а его помощником - молодой кубинец с весьма ограниченным знанием английского языка.
   Для них обоих я был еще одним обладателем чековой книжки, с которой можно с успехом снять кругленькую сумму, оставив при этом хозяина вполне счастливым. Я, разумеется, был в темных очках и в рыбацкой шапочке с низким козырьком.
   Я испробовал на молодом кубинце те немногие испанские слова, которые знал Чэпмен, и немного поговорил о рыбной ловле в Акапулько.
   Выход в море не доставил мне никакого удовольствия. Я все время думал о том, что где-то там, на глубине, лежит его труп, придавленный тоннами воды.
   Мы не поймали ничего достойного упоминания, да это было и к лучшему - значит, мне не придется отбиваться от фотографов. Я объяснил команде, что важное дело вынуждает меня вернуться раньше, чем предполагалось, и в три часа мы уже были у причала.
   По новоорлеанскому времени было два часа дня.
   Вернувшись в мотель, я позвонил по телефону.
   - Крис! Это Чэпмен! Как насчет "Уорвика"?
   - О, мистер Чэпмен! Приветствую вас! Как идет рыбалка? Успешно?
   - Паршиво, - коротко объяснил я. - Так что же с этими злополучными акциями?
   - Гм.., дайте сообразить. Вчера мы продали на шесть тысяч. К вечеру цена на них возросла, и мы продали еще на две тысячи. С тех пор цена держится на одном уровне. Так что у нас остаются еще две тысячи...
   - Все верно! - энергично сказал я. - Придержите их, пока они снова не повысятся в цене... - Я быстро прикинул в уме. - А теперь вот что.
   Мое состояние наличными сейчас должно составлять что-то около тридцати тысяч или немногим больше, верно?
   - Д-да.., думаю, что