ед ним, где он записал для памяти имя своего старого друга. - Мистер Фицпатрик звонил мне. Рад видеть вас нашим вкладчиком, мистер Чэпмен. И мы рады, что вам нравится район Майами.
   Я заполнил бланк, расписался на двух экземплярах карточки с образцами подписи, оформил чек и вручил его Дэйкину. Он отнес его одному из контролеров и, вернувшись, подал мне квитанцию, удостоверившую прием моего вклада, и чековую книжку. Он уверил меня, что вся операция с моей фирмой в Новом Орлеане займет не более трех-четырех дней. Я поехал обратно в отель, выписал чек на пять тысяч долларов и оставил его у дежурного администратора для передачи представителю Фицпатрика.
   Вернувшись в номер, я достал список акций и ценных бумаг, раскрыл "Геральд" на странице, где сообщались цены на акции перед закрытием биржи вчера вечером, и набросал примерный перечень того, что можно было продать. Фактически это почти ликвидировало мой счет: на нем оставалось меньше двенадцати тысяч долларов.
   Я заказал разговор с Новым Орлеаном.
   - Алло, Крис? Это Чэпмен...
   - О, мистер Чэпмен! С добрым утром! Могу сообщить, что сегодня утром акции "Уорвика" находятся все в той же цене, так что мы можем не...
   - Чепуха! - резко оборвал я его. - Корм для цыплят! Я сейчас занят сделкой, о которой вам говорил... Ах да, кстати, я получил эти двадцать пять тысяч долларов. Чек был уже здесь в отеле, когда я приехал. Миллион раз спасибо. Я открыл счет в здешнем банке и положил их туда. Сегодня утром. Сделка пойдет на моих условиях - в этом нет и тени сомнения, так что в ближайшие несколько дней мне понадобятся сто пятьдесят тысяч долларов. У вас есть под рукой мой список?
   И карандаш?
   - Да, сэр... Но вы же не хотите...
   Я не обратил на его слова никакого внимания.
   - Продайте "Колумбию газ", "ПГ энд Э", "Дю Пона", "Чемпион пейпер преференшл" и "AT энд Т". Это должно