как раз вел экскурсию. Я купил билет и стал ждать следующего группового посещения.
   Когда собралось человек пятнадцать - двадцать, нас повели по территории. Туристы любовались рыбами и слушали лекцию. Я был рассеян и ни с кем не разговаривал, пока гид не присел на корточки около одного из водоемов и не стал приманивать гуасу, помахивая барабулькой. Гуаса проглотила барабульку и в мгновение ока скрылась в весьма мутной воде.
   Гид выпрямился. Я пробрался через окружавшую его группу людей и спросил требовательным тоном:
   - Вы сказали, что это гуаса?
   - Да, - ответил он. - Это один из представителей семейства груперов...
   Я подозрительно посмотрел на него:
   - А я считал, что они живут в соленой воде.
   В толпе раздалось хихиканье.
   - Разумеется, - пояснил терпеливо гид, - все эти рыбы - обитатели соленых вод.
   Я поджал губы и кивнул:
   - Так и подозревал! Чертовски жестоко так обращаться с рыбами. Это все, что я могу сказать!
   Гид вздохнул, открыл было рот, собираясь объяснить, что водоемы наполнены морской водой, но потом передумал и отвернулся. В толпе раздались смешки. Экскурсия продолжалась. Я отстал от нее, проводив группу отчужденным взглядом.
   В половине пятого вечера я наконец прибыл в Марафон. Еще час и двадцать минут ожидания.
   Я сверил часы по радио в машине и отыскал подходящий бар. Там было тихо и почти пусто. В глубине виднелась кабина телефона-автомата, еще одна была у дорожки перед баром.
   Я заказал виски с содовой и просидел над стаканом целый час. Раз или два бармен пытался завязать со мной разговор, но я сделал вид, что даже не слышу его.
   Ровно в пять пятьдесят я встал и направился к выходу, но тут же резко остановился.
   - О Господи! Мне же надо позвонить!
   Разменяв несколько долларов, вернулся к телефонной кабине и позвонил Корел Блейн.
   - Ты где сейчас