орила, насколько я знал все обстоятельства дела... Но к чему терять время? Ведь я уже мог бы находиться по дороге в Хьюстон!
   Я схватил телефонную трубку и стал обзванивать билетные кассы аэропорта. Оказалось, что я могу вылететь в час дня. У меня достаточно времени, чтобы забрать деньги, которые я сдал на сохранение в один из банков в Майами-Бич. Я поспешил в спальню, переоделся и стал укладывать вещи. Зазвонил телефон. Из аэропорта, наверное, подумал я, снимая трубку.
   - Мистер Форбс? Получена телеграмма из Хьюстона, штат Техас. Вот что в ней сказано:
   "Срочно прочти раздел новостей. Письмо может повременить". Подписи нет.
   - Спасибо, - сказал я, повесил трубку и побежал за газетой, которую оставил на дорожке.
   Все это было напечатано на первой странице, как сообщение из Нового Орлеана, но под уже хорошо знакомым здесь броским заголовком:
  
   "ПСИХИАТР УТВЕРЖДАЕТ:
   ЭПИЗОД С ФЛАМИНГО - ЧЕПУХА!"
  
   Я присел, чувствуя, как по телу пробежал холодок.
   "Новый Орлеан (18 дек.). Д-р Дж. К. Уилбери, широко известный профессор-психиатр, автор ряда работ, посвященных душевным заболеваниям, заявил сегодня, что, по его мнению, в высшей мере невероятно, чтобы не сказать абсурдно, чтобы Хэррис Чэпмен, будучи явно в здравом уме и рассудке, всего за две недели впал в состояние психического расстройства, как бы глубоко ни укоренилось в нем чувство вины.
   Д-р Уилбери, находясь в отпуске, заинтересовался этим случаем, и в течение последних трех дней находится в Томастоне, интервьюируя десятки друзей и коллег Чэпмена. Он говорит, что не обнаружил ни одного случая галлюцинаций или иррационального поведения Чэпмена в прошлом и что у него сложилось представление о Чэпмене, как о практичном, упорном, прагматичном, энергичном молодом человеке в расцвете сил, слишком поглощенном упорной работой, не оставляющей времени для размышлений