долго ждать одной в аэропорту, но тут уж ничего не поделаешь. Здесь ей оставаться нельзя.
   Тем не менее казалось, она уже полностью овладела собой и действовала разумно. Мэриан подкрасила губы и надела шляпу, а я уложил ее дорожный чемоданчик и принес ей пальто, перчатки, сумочку. Ключ от номера в мотеле "Дофин" я сунул себе в карман.
   Когда мы проходили через комнату, в ее глазах на мгновение промелькнул страх.
   - Машина стоит приблизительно в квартале отсюда, - сказал я. - Не хотел подгонять ее к самому дому.
   Она ничего не ответила. Я выключил свет и запер двери. Когда мы сели в машину, я дал ей закурить. Всю дорогу до Коллинз-авеню она молчала.
   Лишь один раз я повернулся и взял ее за руку. И почувствовал ледяной холод даже через перчатку.
   Я остановился подальше от "Дофина". Повернувшись к ней, зажал ее лицо в своих ладонях и сказал:
   - Я не задержусь больше десяти минут. Ты уверена, что тебе не станет плохо?
   - Да, конечно, - ответила она с тем же спокойным и как будто непоколебимым самообладанием.
   Пройдя мимо центральной части "Дофина", я приблизился к нему со стороны выезда. Здесь находилась просторная автостоянка, расположенная вдоль боковой стены здания. Тут же был и черный вход. Я вошел через него и очутился в одном из коридоров нижнего этажа. Я вынул из кармана ключ от номера 226. В конце коридора увидел лифт самообслуживания и ведущую вверх лестницу. Поднявшись по ней на второй этаж, я начал сверять номера - 214, 216... Нет, не сюда. Тогда направился в противоположную сторону и свернул за угол. Навстречу мне шел официант с подносом в руке. Я кивнул ему, рассеянно помахивая ключом. Он улыбнулся и прошел мимо. Ага, 224, 225. Значит, я двигаюсь правильно. Теперь в коридоре не было ни души. Я отпер дверь, проскользнул в номер и заперся на ключ.
   Окна на противоположной стороне комнаты были завешены