я к воде. Один раз мне пришлось выйти из кабины, чтобы оценить расстояние.
   Потом я снял с прицепа лодку и спустил ее на воду, подтянув к берегу, носом на песок. Наконец выключил фары.
   Восток уже серел, и я впервые заметил, что море спокойно. Очень хорошо - можно будет уплыть далеко, оттуда меня не услышат.
   Вокруг моего лица звенели москиты. Я собрался с духом и отпер багажник. Уже собирался поднять крышку, как вдруг нечто приковало мой слух. Я весь напрягся, прислушиваясь. Приближалась машина. Я быстро захлопнул багажник. В следующее мгновение меня ослепил свет фар. Проходящая машина замедлила ход, но не остановилась, а покатила дальше. На ее прицепе тоже была лодка.
   Шум ее замер вдали. Я рывком рванул крышку багажника и вслепую схватился за брезент. Каким-то образом ненавистный тяжелый груз вновь очутился на моих руках, и я, шатаясь от непосильной ноши, отнес его в лодку. Потом сбегал назад, притащил бетонные блоки, по два сразу, и, как безумный, стал искать проволоку, инструменты. Наконец, все было сделано, я вывел машину за черту примыкающего к бухте пространства и поставил ее у дороги. Я как раз запирал ее, когда меня снова осветили фары машины.
   Автомобиль остановился. Он тоже был с прицепом и лодкой. Из кабины вышел человек и сказал:
   - Доброе утро!
   При этом направил на меня луч фонарика.
   От страха у меня пересохло во рту. Я с трудом заставил себя разжать губы и произнести подобающее приветствие. Потом двинулся к лодке. Человек давал какие-то указания водителю, направляя луч фонарика в сторону воды. Он осветил мою лодку.
   - Ого! - произнес он. - У вас отличное снаряжение. Забирайтесь на корму, а я оттолкну лодку от берега.
   - Спасибо, сам справлюсь, - отозвался я.
   Но он все равно приблизился ко мне со своим фонариком. Я схватил нос лодки, быстро приподнял его, и лодка тотчас же соскользнула