литическая история XVIII века. А мой личный пунктик - Елизавета Петровна.
  Поверите ли, история обошлась с ней крайне несправедливо. Начиная с
  екатерининских времен мои коллеги изображают ее пустой вздорной барынькой,
  таскающей за косы своих фрейлин и обожающей костюмированные балы. А между
  тем дочь Петра была личностью, и личностью выдающейся. Знаете, когда
  гвардейцы поддержали ее притязания на престол, они взяли с цесаревны слово,
  что она отменит смертную казнь. И за все годы своего правления Елизавета
  Петровна не казнила ни единого человека. Представляете, императрица,
  облеченная всей полнотой власти - и так верна своему слову! Вот вам и
  вздорная барынька. А уложения о дворянстве? Всю честь история приписала
  Екатерине, а напрасно. Разработаны они были Шуваловым, фаворитом Елизаветы,
  при всяческом содействии последней. Это ее, а не порочную... принцессу
  Ангальт-Цербстскую следовало бы называть Великой... Ах, простите
  великодушно, я забылся. Всегда так - заговорю о любимом предмете, и не могу
  остановиться. А ведь вас привело ко мне вовсе не желание послушать мои
  сетования на историческую несправедливость. М-да... этот прискорбный случай.
  Олегу только-только исполнилось тридцать. Молодой, красивый... Но смерть не
  выбирает... М-да!
   - Евгений Алексеевич, если вам не трудно, расскажите, пожалуйста, что
  произошло вчера после того, как мы расстались.
   - Да-да, конечно. Пришел Владимир Алексеевич,