шь себе полюбить. И мне
  бы хотелось... Мне бы очень хотелось, чтобы... словом, чтобы этим кем-нибудь
  оказался я".
   Я неловко отшутилась и перевела разговор на другое. В. покорно
  переключился, но стал печальным и отвечал немного невпопад. А под конец,
  сажая меня в такси, сказал: "Ты все же подумай над моим предложением,
  ладно?"
   Я обещала.
  
   Следующие несколько записей ничего нового не прибавили. Анна Леонидовна
  упоминала о своих встречах с В. - он водил ее в ресторан, в театр, приглашал
  к себе домой - и коротко перечисляла темы их бесед. Именно перечисляла, не
  рассказывала подробно. "Говорили о Прусте. Я признала, что нахожу его
  скучным. В. пообещал принести ''Беса в крови''" "Оказывается, В. помешан на
  всевозможных тестах, гаданиях и гороскопах. Говорил о них с лихорадочным
  блеском в глазах. Я думала, таким вздором увлекаются только недалекие
  домохозяйки. Сказала ему. Как он ринулся меня переубеждать! Целый вечер
  посвятили гаданиям". "Обсуждали пьесу. Оба нашли постановку чересчур
  эксцентричной". Тему замужества Анна Леонидовна и таинственный В.
  старательно обходили.
   14 апреля Уварова снова выплеснула свои сомнения на страницы дневника.
  
   Не знаю, что и думать. Господи, как хочется поверить, что все это
  правда. Что ему действительно нужна я, моя любовь и ничего больше... В.
  деликатно молчит, не возвращается больше к нашему разговору. Дает понять,
  что инициатива теперь должна исходить