оей фамилии,
  потом прочла остальное и покачала головой.
   - Нет. Имена тоже. Кроме моего, естественно.
   - Дай посмотреть! - Прошка потянулся через стол и молниеносно выхватил
  бумагу у меня из рук.
   Я покосилась на Санина, но тот, судя по всему, не имел ничего против. И
  наши манеры его, похоже, уже не шокировали.
   Прошка изучал список долго и с глубокомысленным видом, потом протянул
  его Леше. Леша, в свою очередь, упулился в бумагу и через минуту передал ее
  Генриху, а тот - Марку. Марк быстро пробежал список глазами и вернул Санину.
   - Можно узнать, где вы его нашли? - спросил он.
   - В Битцевском парке. Неподалеку от тела убитой женщины, - сказал
  Санин. - Но нашел не я, а мои коллеги из другого округа. Две с небольшим
  недели назад. Я же получил копию по факсу в связи с делом, которым занимаюсь
  уже три месяца. Если хотите, кое-что могу рассказать. Только это долгая
  история...
   - Ничего, мы не торопимся, - поспешно сказала я.
   - Прошка... - угрожающе начал Марк.
   - Что - Прошка? - вскинулся тот. - Я молчалив, как гибрид памятника
  собаке Павлова и статуи Свободы!
   - Мы слушаем вас, - сказал Марк Санину, демонстративно повернувшись к
  Прошке спиной.
   Санин в несколько глотков допил чай, поставил чашку и начал рассказ.
   Мы сидели как завороженные. Никто не проронил ни слова, даже Прошка до
  конца честно изображал упомянутого сфинкса.
   Когда Санин замолчал, наступила тишина - тягучая и темная, как патока.
  Липкая, точно паутина с выжидающим