С этими словами он скатился по лестнице. Его более грузный сообщник
  осторожно спустился следом. Минут через пять где-то внизу хлопнула дверь, и
  все стихло, но оставить свое убежище я решилась далеко не сразу. Не
  исключено, что кто-то остался в доме, и тогда пропадут все мои усилия.
  Однако перспектива замерзнуть насмерть тоже не радовала. Минут пятнадцать я
  лежала и прислушивалась, потом, неловко орудуя одной рукой, отодвинула доску
  и выбралась из своей щели.
   Моим похитителям не пришло в голову снова запереть крышку люка. Путь на
  свободу был открыт.
   Дрожа и постанывая, я дотащилась до приставной лестницы, сползла на
  второй этаж и попала в темный коридор, куда выходили четыре двери - по две с
  каждой стороны. Я прошла его до конца, по дороге толкнув каждую. Все они
  были заперты. Как и следовало ожидать, коридор оканчивался лестницей на
  первый этаж. Спустившись по ней, я попала в небольшое помещение вроде
  прихожей. Дверей здесь было три. Одна - обитая клеенкой - вела в жилые
  помещения первого этажа. За второй - из цельного куска толстой фанеры -
  находился чулан. Третья - деревянная - открывала путь в сени. Первым делом я
  вышла туда и убедилась, что входная дверь не заперта. Потом наведалась в
  чулан, который, по-видимому, заменял владельцам дома склад. Чего здесь
  только не было - начиная от инструментов и хозяйственных мелочей и кончая
  ворохом старой одежды и обуви!
   Порывшись в этих залежах, я нашла детские валенки и мужскую