стеганые
  тряпичные ухватки, старую засаленную колоду карт, бутылочные пробки,
  деревянную толкушку, несколько алюминиевых ложек и вилок да два тупых
  столовых ножа с закругленными концами.
   Я задвинула ящики на место и открыла дверцы. Обе полки тумбы были
  заставлены банками и кастрюлями. Еще на полке для посуды стояли глубокие и
  мелкие тарелки, кружки, несколько стеклянных стопок, сахарница, заварной
  чайник и две глиняные крынки. Оглядев все это хозяйство, я пересекла комнату
  и в изнеможении опустилась на диван.
   "Ну и положеньице! С запасом алюминиевых ложек и тупых столовых ножей
  двери и ставни не вышибешь. Тут нужен топор или хотя бы стамеска с молотком.
  И то, и другое я видела в чулане, на котором теперь висит аккуратный замочек
  - массивный чугунный куб со стальным стержнем. Сбить его невозможно, да и
  нечем. Значит, открыть чуланную дверь можно единственным способом: отодрать
  от фанеры железное ушко, в которое продет стержень замка. Но ушко держится
  на двух глубоко утопленных и замазанных краской шурупах. Будь у меня
  отвертка, можно было бы попытаться вывинтить их, но отвертки хранятся все в
  том же чулане, а вилкой здесь не поорудуешь".
   Обдумав положение со всех сторон, я пришла к выводу, что единственная
  надежда на избавление - материал двери чулана. Фанера, хоть и толстая, - не
  сплошное дерево. Вкрученные в нее шурупы держатся менее крепко. Если
  проковырять ее ножом, можно просунуть лезвие в щель и, орудуя ножом, как
  рычагом,