гом, потихоньку расшатать шурупы в гнездах. Правда, удовольствие
  затянется надолго и действовать нужно очень аккуратно, потому что столовые
  ножи не особенно прочны. Но другого выхода у меня, похоже, не было.
   Я еще раз обошла комнату. От печи веяло теплом, и ее размеры позволяли
  надеяться, что остывать она будет долго. Две небольшие охапки дров,
  оставленные Васей и Толей в прихожей, конечно, не позволят как следует
  прогреть ее еще раз, но если во время топки открыть дверцу, температура в
  комнате поднимется довольно ощутимо. Значит, около полутора суток можно не
  опасаться смерти от переохлаждения. Запас украденного мною провианта
  позволял продержаться еще дольше. Самой большой удачей была вода, оставшаяся
  в ведре. То ли похитители о ней забыли, то ли им было неизвестно, что,
  замерзая, вода коробит днище ведра, но так или иначе они ее не вылили. С
  туалетом дело обстояло хуже, но не безнадежно, учитывая количество пустых
  банок и отсутствие общества в доме.
   Одним словом, шансы на выживание у меня есть. Только бы не подкачала
  проклятая фанера.
  
  x x x
  
   Селезнев закончил интервью с жителями очередной квартиры и,
  повернувшись, обнаружил зрителя, который внимательно наблюдал за ним с
  лестничной площадки пролетом пониже. Поймав взгляд Дона, кучерявый
  круглолицый парень двинулся ему навстречу.
   - Вы - Селезнев? - осведомился он на ходу. - А я Миша, ваш новый шофер.
  Временно. Машина внизу у подъезда. - Он полез