будешь позже, представился скороговоркой
  и попросил тебя перезвонить. Я не успела и рта открыть, как в трубке уже
  запищало. Вроде бы фамилия оканчивается на "цкий". То ли Горецкий, то ли
  Полецкий...
   - Халецкий! Борис Халецкий из моего отдела. Неужели они опознали наших
  голубчиков? - Селезнев уже набирал код Москвы и номер рабочего телефона. -
  Если да, честное слово, накуплю на всю зарплату свечек и устрою в храме
  святой Варвары иллюминацию!.. Черт побери, занято! - Ни на минуту не
  прекращая терзать аппарат, Дон торопливо отчитывался перед Сандрой о встрече
  с Рогозиным. Наконец, короткие гудки сменились длинными и на другом конце
  взяли трубку. - Алло, Коля? Это Селезнев. Халецкий на месте? Слава богу!
  Давай его сюда...
   - Можно я послушаю у параллельного аппарата? - спросила Сандра,
  воспользовавшись паузой.
   Дон утвердительно мигнул обоими глазами, и она быстро вышла из холла в
  комнату.
   - Боря, это Селезнев. У тебя для меня что-нибудь есть?
   - Как сказать. Сначала скажи-ка мне ты, свет Федор Михайлович: тот
  шедевр, что украшает твой факс, не попал в него по ошибке? Я имею в виду
  красавцев под текстом. Уверен ли ты, готов ли подтвердить под присягой, что
  се не агнцы, но козлища? Я сегодня целый день мотался по городу, пытаясь
  разобраться в деле, где они фигурируют как жертвы; прихожу на родную
  Петровку, гляжу: на столе у Анечки - твой факс, а на нем - знакомые до боли
  образы. Читаю текст - и глазам своим не верю...