а. Леша, Генрих,
  Прошка и Марк вышли из тамбура на перрон, глотнули морозного воздуха,
  торопливо застегнули куртки и натянули перчатки.
   Благодаря тому что Марк всю дорогу читал, Прошка спал, а Генрих не
  выходил на промежуточных станциях подышать свежим воздухом, доехали без
  приключений - иными словами, никто не ругался и не бежал вдогонку за
  уходящим поездом. Тем не менее настроение в компании царило подавленное, что
  было нетипично. Из всех четверых склонностью к меланхолии отличался только
  Марк, но обычно присутствие веселого доброжелательного Генриха,
  агрессивно-жизнерадостного Прошки и невозмутимого Леши сказывалось на его
  настроении благотворно. Правда, человек посторонний никогда бы не догадался,
  что хмурый саркастичный субъект, ежеминутно одергивающий друзей язвительными
  замечаниями, в это время веселится от души, но посторонние, на свое счастье,
  не имеют возможности наблюдать Марка в дурном расположении духа.
   До дома Сандры добирались молча, но под конец Прошка, поставивший
  личный рекорд по продолжительности мрачного молчания, почувствовал острую
  необходимость разрядить обстановку. Он вообще не способен долго предаваться
  унынию и в самых неподходящих условиях умудряется создать вокруг себя
  атмосферу ярмарочного балагана. И сейчас, с пыхтением поднимаясь на
  четвертый этаж, он с трудом обуздывал свой непобедимый скомороший дух.
   Серия длинных и коротких звонков в дверь не сразу подняла Сандру с
  постели. После