обик, по
  квартирам, донимал невинных людей дурацкими вопросами, а мы культурненько
  отнесем бумажку с отпечатанным текстом на телевидение и будем ждать себе,
  пока сознательные граждане обезвредят бандитов, освободят Варвару и позвонят
  нам доложить о результатах. Сандра, у тебя найдется еще ручка и лист бумаги?
  Я должен составить словесный портрет.
   - Чей? - спросил Леша.
   - Варькин, естественно. Ты что, никогда не видел, как объявляют по
  телевизору о розыске? Показывают фотографию и зачитывают словесное описание.
  Портретов Варвары у нас навалом, описание сейчас будет... Жаль только,
  бандитов никто из нас не видел. Не знаю, как там селезневскому корешу
  удалось узнать их по Варькиным рисункам, - я по ее каракулям даже мухомор не
  узнал бы...
   - Дайте этому клоуну бумагу с ручкой, - попросил Марк, воспользовавшись
  секундной паузой в Прошкиной речи. - Может, пока он будет заниматься
  сочинительством, у нас появится наконец возможность все спокойно обсудить.
  Не вставай, Сандра, пусть Леша сходит.
   Получив письменные принадлежности, Прошка и в самом деле притих. Пока
  он вдохновенно трудился, остальные обсуждали, что еще можно предпринять.
   - Я бы съездил на Витебский вокзал, - сказал Генрих. - Если стоянка там
  платная, охранники могли запомнить Василия и Анатолия. Возможно, кто-нибудь
  обратил внимание, на чем они уехали после того, как припарковали "Жигули".
  Допустим, они взяли такси или сели в попутку - тогда у нас есть шанс узнать
  ее номер и найти