есит на всех столбах и рано или поздно поймает
  душегубов... Фу ты, какая чушь в голову лезет! Где это видано, чтобы маньяки
  потрошили женщин в таких неподходящих условиях? Нет, тут что-то другое... Но
  что? Я не имею отношения ни к влиятельным персонам, ни к шпионским секретам,
  для продажи в бордель слишком стара, для банального грабежа слишком бедна.
  Денег при мне меньше, чем они заплатили за свое отдельное купе, не считая
  мзды студентам, одолжившим им паспорта. В чем же дело?"
   Брюнет истолковал мое молчание по-своему.
   - Думаете, обману? Я готов заплатить вперед. - Он полез в карман,
  вытащил пачку зеленых купюр и отсчитал десять бумажек. - Вот. Хотите -
  припрячьте куда-нибудь. Мне выйти?
   - Выйдите. - Я не видела особого смысла прятать деньги. Весь мой багаж
  состоял из одной сумки, и при желании не составляло труда отыскать в ней
  все, что угодно. Но мне нужно было побыть одной, чтобы решить для себя, чем
  чревато принятие этого приглашения.
   Василий кивнул, открыл дверь и шагнул в коридор.
   - Так мы договорились? - спохватился он, уже закрывая дверь. - Вы
  придете?
   - Я же взяла деньги. Но помните, вы оплатили только получасовую беседу.
  Других услуг от меня не ждите.
   - Можете не сомневаться. Только полчаса безобидной болтовни.
   Дверь захлопнулась. Я уставилась в окно на свое отражение. Итак, передо
  мной стоят два вопроса. Первый: чего от меня хотят? И второй: чем это мне
  грозит? Не ответив на первый, не узнаешь ответа и на второй.