о ящика, за угол
  которого и зацепилась телогрейка. Освободив ее, я благополучно добралась до
  земляного пола, положила сумку и на всякий случай решила еще пошарить вокруг
  - вдруг наткнусь на склад боеприпасов? Однако, кроме картошки, сваленной в
  угловые закрома, ничего не нашла. Придется ограничиться кочергой.
   В прихожей снова было темно, как у черта за пазухой. Я бесшумно
  выбралась из своей норы и хотела опустить крышку на место, но, осененная
  счастливой мыслью, передумала. Если нам с Прошкой удастся вырваться из
  комнаты и выбежать на улицу, преследователи могут сгоряча провалиться в люк.
  Даже если они не переломают при этом руки-ноги, падение все равно здорово их
  задержит и, возможно, даст нам время дотянуть до леса. Поэтому я откинула
  крышку до конца и осторожно опустила на пол.
   Стараясь не отрывать ноги от половиц и выставив вперед руку, я
  двинулась к двери. Войлочные подошвы краденых валенок бесшумно скользили по
  полу. Шаг... Еще шаг... Еще один... Наконец пальцы коснулись клеенки. На
  старт! (Флейты и валторны стихают.) Внимание! (Звучит барабанная дробь.)
  Вперед, Варвара! Твой выход.
   Они стояли у кушетки ко мне спиной. Рябой, нагнувшись, щупал Прошкино
  запястье (да, это был Прошка!), а мордастый зачерпывал воду из ведра,
  которое держал в руке. Реакция у рябого и впрямь оказалась завидной. От
  двери его отделяло не больше пяти шагов, я ворвалась в комнату, как торнадо,
  жлоб Толик и головы не успел повернуть, а Вася не только