торой. Мне не пришло в
  голову ни единой приемлемой версии. Рябой говорит, что у босса неприятности.
  На вокзале у меня сложилось впечатление, что неприятности у обоих.
  Предположим, странная парочка влезла в какой-то криминал, попала под
  следствие и дала подписку о невыезде. А неотложные дела требуют их
  присутствия в Питере. Тогда ясно, почему рябой Вася зыркал на вокзале по
  сторонам, - боялся, что у них проверят документы. И сцена с чужими
  паспортами тоже ясна. Если выяснится, что они уезжали, им могут - как это
  называется? - изменить меру пресечения, то есть попросту посадить. Но при
  чем здесь я? Не приняли же они меня за милицейского агента? Не психи же они,
  в самом деле. А если приняли, то чего им нужно? Дать мне в такой
  завуалированной форме взятку, чтобы помалкивала? Опять ерунда какая-то! Если
  уж я милиционерша и веду за ними наблюдение, то помалкивать не стану: надо
  же будет как-то оправдать перед начальством поездку в Питер. А если они
  собираются меня убрать, то зачем такой сложный подход? Могли бы потихоньку,
  не привлекая к себе внимания, подкараулить меня у туалета, стукнуть по
  голове и выбросить в окошко. Нет, гипотеза не годится. Тогда другой вариант:
  попутчики удирают от бандитов. Но на бандитку я похожа еще меньше, чем на
  милиционершу. Какой же им от меня прок? Или они надеются, что у меня черный
  пояс по каратэ и, подружившись с ними, я встану на их защиту? Я с сомнением
  поглядела на свое отражение: маленький