кому.
   - Борис, свяжись, пожалуйста, с военными еще раз. В Афганистане с
  Кузнецовым служили некие Николай Сивоконь и Юрий Белухин. Первый из Донецка,
  второй, предположительно, из Сибири. Узнай их нынешние адреса, и желательно
  сегодня же. Если удастся, позвони в Питер по прежнему номеру. Возможно, я
  туда еще не доберусь, тогда передай сведения тому, кто возьмет трубку.
   Халецкий присвистнул:
   - Думаешь, это так просто? Придется связываться с военкоматами, где их
  призывали, выяснять, куда они выбыли, потом снова связываться с военкоматами
  и так далее. И все по межгороду. А рабочий день, между прочим, кончился.
   - Ладно, Боря, сделай, что сможешь, - махнул рукой Селезнев.
   Халецкий посмотрел на него с состраданием.
   - Конечно, старик! Можешь на меня положиться. Давай-ка тебя кто-нибудь
  отвезет в аэропорт.
   - Спасибо, но лучше не надо. Мне нужно побыть одному и подумать.
   Теперь, на подъезде к дому Сандры, желание побыть одному достигло
  наивысшей силы. У него самого все переворачивалось внутри от страха, что вот
  он сейчас войдет и узнает... А что чувствуют ее давние друзья, которые с ней
  двадцать пудов соли съели? А теперь еще и Прошка...
   Но, как ни боялся Дон предстоящей встречи, он не думал, что все будет
  настолько скверно.
   Сандра молча впустила его в квартиру. Лицо ее было мрачным, а веки
  красными и припухшими. Сидевший в кресле в углу гостиной Марк поднял голову
  и посмотрел на него пустыми глазами, потом в его взгляде мелькнула