к Селезневу:
   - Федор, а те трое, о которых говорила Сандра, - единственные питерские
  знакомые Василия и Аркадия?
   - Что касается Василия, то тут почти с полной уверенностью можно
  ответить: да. Я поговорил буквально с каждым, кто его знал в Москве - и
  раньше, и теперь, - и никто не вспомнил ни единого ленинградца, с которым
  Кузнецов поддерживал бы отношения. И скорее всего, он сюда не ездил. Люди,
  которых проверяла по моей просьбе местная милиция, - бывшие сослуживцы
  Василия. Я в общем-то знал, что он не поддерживает с ними тесных контактов,
  и надеялся только на удачу. Если за Сарычевым и Кузнецовым гонятся по пятам
  могущественные враги, они должны искать чьей-то помощи. За ней логичнее
  обратиться к знакомым. Правда, это тоже небезопасно, но покупать помощь за
  деньги - чистое безумие. Любой посторонний, к кому бы они ни обратились,
  быстро сообразил бы, что эти люди от кого-то скрываются. Если наемный
  помощник корыстен и достаточно беспринципен, ему может прийти в голову мысль
  поискать преследователей и продать им ценные сведения.
   - А как насчет Аркадия? - спросила Сандра.
   - С Аркадием сложнее, - вздохнул Дон. - В его биографии большой провал.
  С восемьдесят второго по девяносто седьмой никто из прежних или нынешних
  знакомых с ним не общался и не знает, где он обитал. Кроме, по всей
  вероятности, того же Кузнецова. - И Дон начал рассказывать о том, что ему
  удалось выяснить в Москве.
   Прервал его междугородный телефонный