ручными средствами.
   Селезнев отошел в сторону, чтобы видеть всех участников драмы.
   - Сохраняйте спокойствие, леди и джентльмены. У меня девять похвальных
  грамот за отличную стрельбу. Петя, аккуратненько посади их во-он на те
  стульчики. По одному, по одному! А пистолет держи у затылка. Вот и
  славненько! Замечательно! Снимайте ремень, сударь. Мы одолжим его у вас на
  полчасика, не больше. Петя, осторожно положи пистолет и свяжи ему руки за
  спинкой стула. А вы пока полежите, молодой человек. До вас очередь еще не
  дошла. Любезная Лилия Львовна, сделайте одолжение, пересядьте, пожалуйста,
  на этот стульчик. Нет-нет, не бойтесь, вас связывать никто не будет! Мы же
  джентльмены! Просто лейтенант посторожит вас с пистолетом, а потом придет
  охрана снизу и наряд милиции.
   Наконец все трое были усажены рядком у окна, и Селезнев, не опуская
  пистолета, подтолкнул Петю к телефону:
   - Звони своему, дорогой! Пусть присылает подмогу и сам приезжает. Как -
  что говорить? Задержаны трое за оказание вооруженного сопротивления
  сотрудникам милиции при исполнении служебных обязанностей, естественно! В
  святая святых петербургской демократии!
   Луконин, так и не оправившийся от потрясения, поднял трубку и набрал
  номер. Полковник выгуливает таксу, ответили ему на том конце провода. Когда
  лейтенант попросил передать ему распоряжение капитана, Дон бережно усадил
  его напротив троицы, вложил в руку табельное оружие и велел не спускать с
  нарушителей глаз.