калитки, переминаясь с ноги на ногу, Сивоконь с готовностью исполнил
  просьбу.
   - Я слушаю вас, Федор Михайлович.
   На Николая, по всей видимости, не произвели никакого впечатления
  ведомственная принадлежность и звание Селезнева, и Дон окончательно уверился
  в том, что его собеседник невинен, как агнец. Если Кузнецов и обратился к
  нему за помощью, то ни словом, ни намеком не дал понять, что скрывается от
  представителей закона. И Дон пошел ва- банк.
   - Скажите, Николай Александрович, давно вы не видели своего бывшего
  сослуживца Василия Кузнецова?
   Физиономия молодого человека мгновенно утратила благодушное выражение,
  и Селезневу пришлось сделать над собой колоссальное усилие, чтобы не выдать
  охватившее его ликование. "Я угадал! Рябой приходил к нему!"
   - Могу я взглянуть на ваши документы? - с холодной вежливостью спросил
  Сивоконь.
   Дон достал удостоверение и, не выпуская его из рук, приблизил к лицу
  молодого человека. Тот долго разглядывал внутренность корочек и наконец
  сдержанно кивнул.
   - Благодарю вас. Если позволите, я ненадолго отлучусь в дом.
   На этот раз насторожился Селезнев:
   - Зачем?
   - Я хочу позвонить в ваше управление и получить подтверждение, что вы
  действительно там работаете и находитесь в Санкт-Петербурге с ведома и по
  поручению начальства. Извините мое недоверие, но у меня есть основания
  соблюдать осторожность.
   Селезнев достал из кармана мобильный телефон.
   - У меня тоже есть основания