я поднялась в зал
  ожидания и выпила в буфете две чашки черного кофе. То ли он был недостаточно
  крепок, то ли неурочное пробуждение сказалось на мне сильнее обычного, но
  вареная курица показалась бы в сравнении со мной образцом бодрости. Отчаянно
  зевая, я вышла на площадь Восстания, обогнула ее и поплелась по Невскому.
   Однако шаг за шагом кровь потихоньку побежала по жилам, походка стала
  ритмичнее, голове полегчало. Дойдя до Аничкова моста, я почувствовала себя
  уже вполне сносно. Что же до настроения, то оно было просто превосходным.
  Меня ждала долгая неспешная прогулка по любимым набережным и улицам, а
  вечером - дружеские посиделки с Сандрой - самым замечательным человеком в
  Питере. Я улыбнулась своим мыслям и свернула на набережную Фонтанки.
  
  x x x
  
   Если я не упомянула Сандру, когда перечисляла своих друзей, то лишь
  потому, что, несмотря на многолетнее знакомство, общались мы сравнительно
  немного. Если количество поваренной соли, съеденной мною совместно с
  Прошкой, Марком, Лешей и Генрихом, исчисляется пудами, то с Сандрой мы
  разделили едва ли пару фунтов означенного минерала. И лиха нам вместе тоже
  хлебать не доводилось, но это вовсе не означает, что я недостаточно высоко
  ценю наши отношения.
   Мы познакомились, когда я еще училась в школе. В выпускном классе
  родители сделали мне ко дню рождения подарок, лучше которого я в жизни не
  получала: меня отпустили в Питер одну, без сопровождения.
   В тот год первое апреля в Ленинграде