Вчера еще была нормальной, а тут смотришь в стенку и от еды
  отказываешься! Без всякой видимой причины. Мы чуть не спятили. Извели
  расспросами всех, с кем ты общалась. Марк даже тетку свою, психиатра,
  притащил якобы в гости. Леша целыми днями таращился в потолок, свернув губы
  в трубочку. Генрих Машеньку на тебя пытался натравить, чтобы выяснила, что с
  тобой творится. Чего мы только не передумали! Когда ты без предупреждения
  слиняла в Питер, чуть морды друг другу не начистили - думали, опять кто-то
  из нас дурака свалял, как тогда, на втором курсе... Слава богу, ты человеком
  вернулась, а то дело кончилось бы смертоубийством. Хоть бы намекнула...
   - Я не знала... Ведь горю я предавалась только в ваше отсутствие, а так
  старалась вести себя, как обычно...
   Прошка даже фыркнул от возмущения.
   - Старалась она! Мы от твоих стараний едва не поседели! Ну ладно, дело
  прошлое... Ты лучше скажи: почему ты решила, будто тебя бросили? Другая на
  твоем месте наверняка предположила бы, что произошла какая-то трагедия. Этот
  Роман мог погибнуть, покалечиться, попасть в тюрьму, заболеть, да мало ли
  что! Ты ведь больше никаких вестей от него не получала?
   - Не получала. Но я все-таки не совсем потеряла голову. Когда он не
  появился в октябре, я начала прокручивать в памяти все его слова, жесты,
  взгляды, интонации. С памятью-то у меня, слава богу, все в порядке. И задним
  числом, не одурманенная его волнующей близостью, отчетливо увидела: это был
  спектакль. И даже не очень