плед, а потом, забрав у Дона шампанское, осторожно уложил его на
  диван и с материнской нежностью укутал пледом. Я ухмыльнулась, но тут же
  уставилась в противоположную стенку, чтобы Марк, упаси господь, не
  перехватил мой взгляд.
   А потом мы расположились в гостиной и до поздней ночи в красках
  расписывали друг другу наши приключения.
  
  x x x
  
   Наутро, когда мы, заспанные и хмурые, выползли на кухню, чтобы хлебнуть
  кофе, выяснилось, что Селезнева и след простыл. Вместо него на подушке
  лежала записка:
   "Простите, что испортил праздник. Обещаю исправиться. Сегодня же.
  Сандра, я звонил Пете и узнал от него о вашем доблестном подвиге. Передай
  Марку, Леше и Генриху мои восхищение и признательность. Я был неправ. В
  следующий раз, не задумываясь, возьму вас на ловлю самых опасных бандитов,
  если, конечно, вы согласитесь терпеть мое никчемное общество. Дабы хоть
  немного восстановить себя в ваших глазах, иду раскалывать Сарычева и
  Кузнецова. Когда вернусь, не знаю, но постараюсь, чтобы ваше ожидание не
  затянулось. До встречи - Дон".
   Сандра повертела в руках листок с посланием и неожиданно объявила:
   - Мы устраиваем прием!
   Мы с Марком испуганно переглянулись.
   - Какой прием?
   - Грандиозный. Перестань смотреть на меня так затравленно, Варвара! Ты
  обещала сводить меня в ресторан, помнишь? Но часть бандитских денег
  растрачена, а вам еще нужно компенсировать дорожные расходы. Я же решительно
  настроена кутнуть.