стороны могла превратить в беснующуюся толпу и нас четверых.
   - Да, а в изложении Генриха эта история звучала, как красивая
  легенда... - Сандра помолчала, а потом спросила совершенно другим, каким-то
  незнакомым - вкрадчивым, что ли? - тоном: - Варька, а Дон-то твой -
  потрясающий мужик, правда? Скажи: неужели он ни чуточки не привлекает тебя
  как мужчина?
   Я швырнула нож в мойку, уперла руки в боки и всем корпусом повернулась
  к подруге.
   - Вы что, сговорились?! У меня складывается впечатление, будто каждая
  собака подозревает меня в тайном влечении к Селезневу! У тебя найдется
  ветхая простыня?
   - Зачем тебе? - Сандра захлопала глазами.
   - Хочу закупить ведро красной туши и изготовить транспарант с аршинной
  надписью: "Я НЕ СПАЛА, НЕ СПЛЮ И НЕ НАМЕРЕНА СПАТЬ С СЕЛЕЗНЕВЫМ!!!" Повесим
  над твоим подъездом перед съездом гостей! Потому как, если еще хоть одна
  зараза спросит меня о моих видах на Дона, я за себя не ручаюсь.
   Сандра рассмеялась, встала с дивана и чмокнула меня в щеку.
   - Ну-ну, не ершись! Я больше не буду. Давай постараемся сегодня
  обойтись без ссор.
   Позже, когда вернулись увешанные сумками Марк, Генрих, Леша и Прошка и
  на кухне закипела работа, ссора все-таки состоялась, правда, не с Сандрой и
  не из-за Селезнева. Не помню уж, как всплыл этот сакраментальный вопрос:
  "Кто виноват?", но так или иначе он всплыл, и, по мнению Марка с Прошкой,
  главной и единственной виновницей всеобщих треволнений была...