озглавлял структуру, дублирующую аналогичную структуру в КГБ. Иными
  словами, у него была своя агентурная сеть, свои аналитики, свой архив и
  доступ практически к любой закрытой информации. Надо вам сказать, Вячеслав
  Сергеевич был прелюбопытнейшим человеком. Он любил власть, но не так, как
  любит ее добрая половина смертных, а по-иному, странною, так сказать,
  любовью. Было в нем что-то от Подростка Достоевского. Страсть к тайному
  наслаждению мыслями о тайном могуществе. На протяжении всей службы Тихомиров
  любовно собирал личный архив, куда попадали дела молодых, подающих большие
  надежды партийных функционеров, совершавших в часы досуга на удивление
  грязные, уголовно наказуемые деяния. И, что самое удивительное, архивом
  своим Вячеслав Сергеевич до поры до времени ни разу не воспользовался. То
  есть ни одна живая душа, за исключением самых доверенных агентов, не
  подозревала о существовании такой обширной библиотеки компромата.
   Но вот грянула Перестройка, а за ней - девяносто первый год. Аппарат ЦК
  с позором распустили. Канули в прошлое спецраспределители и спецпайки для
  его бывших работников, служебные "Волги" с личными шоферами и
  государственные дачи. Конечно, будь Тихомиров помоложе, он нашел бы себе
  уютное местечко и зажил не хуже прежнего. Но Вячеслав Сергеевич был немолод
  и нездоров. Работа даже на чисто номинальной должности в его планы не
  входила, а пенсия не удовлетворяла его аппетитам. И вот тогда пришло время
  тайного