нившихся перед ним
  свидетелей все-таки не вызывала у Кузнецова восторга. И когда Василий уже
  решил отказаться от своего замысла, судьба подстроила ему еще одну случайную
  встречу, на сей раз с Сарычевым.
   После того как они расстались, жизнь Аркадия протекала по-разному. Как
  только банда Дорохова попалась, он немедленно сменил квартиру и работу.
  Потом был "наперсточником", "челноком" и даже владельцем маленькой торговой
  фирмы. Но страсть ко всякого рода удовольствиям его разорила. Он легко мог
  бы составить себе состояние в казино за карточным столом, но одна мысль о
  том, что в игровом зале установлены видеокамеры, отбивала всякую охоту
  рисковать.
   Правда, на вопрос Василия, сумеет ли он ободрать как липку конкретного
  игрока в покер, если партия будет проходить в частном доме, Аркадий без
  раздумий ответил утвердительно. Он никогда не прекращал совершенствовать
  свою технику и достиг вершины мастерства. Кузнецов сказал, что имеет на
  примете выгодное дельце, и обещал позвонить, когда разработает план в
  деталях.
   Василий сразу понял: наличие сообщника-шулера в корне меняет дело.
  Теперь не нужно было дожидаться, когда Тихомирову крупно не повезет за
  карточным столом. Невезение можно было организовать в заранее намеченный
  день. А это давало Кузнецову возможность выбирать, кто из обширного круга
  партнеров хозяина станет свидетелем убийства и, следовательно, другой
  жертвой. Вы спросите, зачем ему это было нужно? По двум причинам.