а в
  астрологию, ей хватило ума сообразить, что милиция вряд ли сочтет гороскоп
  серьезным основанием.
   Мысль о милиции вызвала в памяти наш вчерашний разговор и мой рассказ о
  Селезневе. "Вот кто не стал бы соблюдать дурацкие бюрократические
  формальности и начал разыскивать Варвару немедленно, - тоскливо подумала
  она. - Какая жалость, что он в Москве!"
   Тут Сандра наткнулась взглядом на сумку, которую я вопреки ее
  настояниям отказалась брать с собой. Благословляя мое ослиное упрямство, она
  налетела на сумку, точно ястреб, рванула молнию и вытряхнула на пол
  содержимое. К ее облегчению, среди пожитков нашлась записная книжка.
  "Возможно, здесь у Селезнева есть знакомые коллеги, - думала Сандра,
  лихорадочно листая страницы. - Если он позвонит им и попросит о личной
  услуге, они не станут ждать, пока минет трое суток".
   На букву "С" нужного телефона не нашлось. Сандра напрягла извилины и
  вспомнила, что вчера я несколько раз назвала капитана Доном. Да, это имя в
  книжке было, а под ним даже не один, а целых два номера - домашний и
  рабочий.
   Уже нажимая на кнопки, Сандра сообразила, что не знает, как к Селезневу
  обращаться. "Господин Селезнев" и "товарищ капитан" звучали одинаково глупо,
  а Дон - слишком необычное имя, чтобы быть настоящим. Решить эту проблему
  Сандра так и не успела - на том конце провода взяли трубку.
   - Да?.. Говорите, я вас слушаю.
   Сандра решилась:
   - Дон?..
   После мучительной паузы