но
  и даже приветливо, на вопросы отвечал подробно и наконец сам проявил
  любопытство.
   В последний раз он видел Варвару в субботу. В пятницу вечером друзья по
  обыкновению собрались у нее на бридж и просидели почти до утра. Нет, ни о
  новых знакомствах, ни о подозрительных происшествиях она не рассказывала.
  Да, он не исключает, что у нее могли быть неприятности: разговаривала она
  мало и, пожалуй, резковато. Впрочем, незадолго до пятницы у них с Марком и
  Прошкой вышла ссора и, вполне возможно, Варвара на них все еще дулась. Нет,
  о своем намерении ехать в Питер заранее не объявляла. Лично он, Леша, узнал
  о ее отъезде из обращения, оставленного на автоответчике, но тут ничего
  экстраординарного нет. Время от времени она срывается с места совершенно
  неожиданно и сообщает об этом постфактум. Из Питера не звонила и ничего ни
  через кого не передавала. А в чем, собственно, дело?
   Селезнев попытался ответить уклончиво, но не тут-то было. Леша упорно
  не замечал его стремления скомкать разговор. Он задавал убийственно ясные
  уточняющие вопросы, на которые просто невозможно было отвечать неоднозначно.
   Есть основания считать, что у Варвары неприятности? Она звонила в его,
  Селезнева, отсутствие? Звонил кто-нибудь другой по ее просьбе? Не по ее
  просьбе? Из Питера? Официальное лицо? Знакомый?
   В конце концов Селезнев выложил Леше все, не сказал только, что
  собирается в Питер сам - не хотел показывать, насколько он обеспокоен. Леша
  и без того не на шутку