ждены, что только британское владычество мешало африканцам
  создать независимую и боеспособную армию. Иди Амин поддерживал особые
  отношения с израильской группой в Кампале - возможно, потому, что "эти
  ребята" из Тель-Авива обращались с ним как с равным. Он часто посещал их и
  каждый раз уходил в полном восторге. Его похвалы усердию израильтян не знали
  границ. Когда в Уганду прибыли первые реактивные истребители, которые для
  удобства перевозки были разобраны на части, Амин был изумлен, увидев, как
  израильтяне превращают эти "куски металла" в реактивные самолеты. Он захотел
  полететь на первом собранном истребителе и вернулся возбужденный как никогда
  раньше. Позднее он получил от израильтян награду - "крылышки" парашютиста,
  значок, который он продолжал носить с нескрываемой гордостью даже 2 июля,
  когда отправился на Маврикий.
   Отношения были столь тесными, что однажды Амин обратился к Шахаму,
  военному атташе Израиля, с
   просьбой, чтобы Израиль помог продать огромное количество золота,
  украденного в Конго. Амин сказал Зонику, что Израиль должен выполнить его
  просьбу. Израильское правительство отказалось от предложения Амина войти в
  долю, однако частные банки ухватились за него, не проявив никакого интереса
  к происхождению желтого металла.
   Когда Израиль не согласился помочь Амину напасть на соседнюю Танзанию,
  он впал в ярость. Министерство иностранных дел в Иерусалиме все еще верило,
  что ухудшение отношений между двумя странами не приведет к полному разрыву.
  Но