терроризме. В течение нескольких лет египетские лидеры
  внимательно наблюдали за развитием терроризма, за возникновением новых
  террористических баз на территориях других, более левых арабских государств
  и в Сомали;
   некоторые чувствовали, что у них больше общего с Израилем, чем с этими
  мастерами современных революций.
   - Ни для кого не секрет, что главный террорист Шакал вернулся в Ливию,
  - заявил Адат редактору "Хабар аль-Йом". - Я хочу, чтобы Кадаффи слышал это.
  Шакал ездит то в Южный Йемен, то в Судан, чтобы сделать наивных лидеров
  неопытных наций послушными инструментами в руках одной сверх державы.
   Он не назвал прямо СССР, но позднее открыто заявил о том, что русские
  поддерживают Ливию.
   В 2.20 по угандийскому времени президент Амин был разбужен телефонным
  звонком из тель-авивского магазина, где "Борька" - Бар-Лев слушал радио.
   - Скажите вашему президенту, что он должен принять требования
  похитителей, - сказал Большой Папа.
   - Понимаю, - торжественно отвечал "Борька".
   - Переговоров больше не будет, - сказал президент Уганды.
   - Хорошо. Спасибо за все, что вы сделали, - сказал Бар-Лев.
   - Спасибо? За что? - спросил Большой Пала.
   Бар-Лев повесил трубку. Радио Парижа уже передало весть о рейде в
  Энтеббе. Очевидно, Амин все еще ничего не знал. Заложники уже находились вне
  пределов его досягаемости. Террористы, прославившие его на весь мир, были
  мертвы.
   Через несколько часов, приблизительно в 5 утра, ситуация изменилась.