масу, потом усмехнулся:
   - Ваше здоровье. - Он проглотил неразбавленный виски. - Сегодня я делаю
  исключение.
   Казалось, Герцль и Вейцман одобрительно подмигивают со стен.
   - Вы знаете, сколько бойцов мы потеряли за время всей деятельности
  Эцеля? - спросил Бегин.
   - Несколько сот, - предположил юный офицер.
   -35!- Теперь лидер оппозиции снял с себя и пиджак и галстук. - Жизнь
  всегда была для нас самой главной ценностью. Когда ко мне приходили с
  планами, я прежде всего спрашивал: а есть ли возможность вернуться назад?
   Этот рассказ Бегин всегда повторял в годовщину "Черного воскресенья" и
  в День независимости Израиля.
   Из операции "Молния" вернулось назад гораздо больше ее участников, чем
  ожидали пессимисты. Они опасались за участников рейда, движимые все той же
  навязчивой идеей сохранения жизни. "Мании, - сказал однажды Бегин, - которая
  появляется только
   у народа, находившегося на грани уничтожения".
   Итак, он нарушил собственные правила и провозгласил тост за участников
  освободительного рейда - почти 500 мужчин и женщин, от агентов до
  десантников. Они потеряли Ионни, но это была их единственная утрата.
   Чувство огромного облегчения снова захлестнуло Бегина несколько часов
  спустя, на аэродроме в Лоде, куда он вместе с членами специальной комиссии
  прибыл встречать освобожденных заложников. Их семьи, уже узнавшие эту
  новость, еще на рассвете собрались на стадионе Яд Элияху. В это время
  "Геркулесы" летели к секретным базам, чтобы