и и открыл мне глаза. Под его влиянием я пошел в колледж.
   Отец, Бен-Цион, слушал товарищей своего погибшего сына, молча кивал и
  почти ничего не говорил. Он только что завершил обширное исследование по
  истории религиозных преследований евреев. Работа в США только физически
  удаляла его от дома в Израиле. Бен-Циона посетил также министр обороны
  Перес, который должен был произнести надгробное слово на похоронах Ионни.
  Перес напомнил ему прекрасные слова, которые Бен-Гурион написал Реувену
  Авиноаму на "Свитках огня": "Реувену, который потерял своего сына и нашел
  его поколение". Министр обороны добавил: "Бен-Гурион по-новому постиг
  изумительное душевное богатство нашего народа и бездонную трагедию гибели
  лучших его сынов".
   Позднее Перес над гробом Ионни сказал:
   - "Я скорблю о тебе, мой брат Ионатан, ты был очень дорог мне", -
  процитировав изречение Второй Книги Царств. Затем он добавил:
   - Ионатан, сын Бен-Циона, стал рядом с Ионатаном, сыном Саула.
  ЗАКЛЮЧЕНИЕ
   Надо хорошо знать общественную жизнь Израиля, чтобы понять, насколько
  всенародными были те чувства, о которых говорил в своей надгробной речи
  Шимон Перес. Кабинет министров принял решение - и это отражало чувства всей
  нации - отныне рейд в Энтеббе
   будет известен под названием "Операция Ионатан".
   Молодой нации нужны герои. Израильтяне не слишком склонны к
  сентиментальности. Их романтичность выражается другим образом. Последние
  несколько лет были для них трудными,