и трое, повалили на
  землю. Он стал сопротивляться. В кармане легкой джинсовой куртки лежал
  бумажник, а там - тысяча долларов, загранпаспорт, обратный билет. Еще тысяча
  лежала в сумке, в особом кармашке на "молнии".
   Били Дениса долго и больно, ногами, все трое. В какой-то момент он
  потерял сознание, а когда очнулся, обнаружил, что лежит поперек кривой
  темной улицы. Ни куртки с бумажником, ни сумки при нем, разумеется, не
  оказалось.
   У него хватило сил встать, добрести до более людного и светлого квартала.
  Пока он шел, его несколько раз вырвало, голова страшно кружилась, ноги не
  держали. Между тем настала ночь, народу было совсем мало. Он пытался
  спросить по-английски, где полиция, но редкие прохожие шарахались от него в
  ужасе.
   Шатаясь, как тростинка на ветру, он вышел на проезжую часть, стал
  голосовать, однако машины проносились мимо. Когда ему уже казалось, что
  сейчас он умрет прямо здесь, в чужом турецком городе, возле него резко
  затормозил старенький черный "Фольксваген".
   - Вам нужна помощь, сэр? - спросили его на хорошем английском.
   За рулем сидела девушка с длинными светлыми волосами. Она показалась
  Дениске ангелом неземной красоты.
   - Помогите мне, пожалуйста, - забормотал он окровавленным ртом, - меня
  только что избили и ограбили, я русский, у меня нет ни денег, ни документов.
   Мне надо в полицию.
   - О'кей, - кивнула она, вышла из машины, помогла ему забраться на заднее
  сиденье