умал он, - здесь вообще везде тупики.
  Интересно, что эти двое со мной сделают, если я опоздаю на самолет? Впрочем,
  в толпе прирезать совсем несложно. Очень даже просто. А если бросить сумку
  где-нибудь между регистрацией и таможенным контролем? Нет, тоже не годится.
  Там все на виду. Сразу подойдет полицейский, спросит, чья сумка. В
  аэропортах очень внимательно следят именно за оставленными вещами. Даже если
  случится чудо и я проскочу здесь, то в Москве меня запросто может прикончить
  тот, кто встретит и возьмет пакет. "Сладкий русский медведь".
   Я для них посторонний, я свидетель. Зачем меня отпускать, да еще с
  баксами? Есть у меня маленький шанс, фотография. Я смогу узнать его первым,
  если это вообще он, а не кто-то другой. Однако и у него может быть мой
  снимок. Они наверняка перешлют по факсу".
   Денис уже миновал двери туалетов и тут заметил, что входит в соседний
  зал. Это был зал прилетов. Толпа с очередного прибывшего рейса валила к
  выходу. Денис сделал обманное движение, метнулся назад, потом пронырнул
  между чинной пожилой дамой и огромным чемоданом, который она катила на
  колесиках, ловко вклинился в самую гущу толпы и оказался на улице.
   У здания стояло множество машин и автобусов.
   Плохо соображая, что делает, Денис впрыгнул в закрывающиеся двери первого
  попавшегося автобуса. Салон оказался полным.
   - Больше нет места, сэр, - сказал водитель-турок по-английски.
   - Ничего, я постою, - бодро ответил Денис.