как правило, брал на дело не
  больше двух человек. На этот раз они пошли вдвоем. Квартира принадлежала
  банщику из Краснопресненских бань. Монгол был знаком с ним много лет.
  Приземистый толстый московский грузин Ираклий, по прозвищу Ира, кроме
  банного дела, занимался еще скупкой краденого, особенно любил ювелирный
  антиквариат. Накануне он серьезно надул Монгола, купил у него изумрудный
  комплект, серьги, кольцо и кулон, в три раза дешевле, чем стоили вещи. Он
  долго и горячо убеждал Монгола, будто вещи поддельные, не начала прошлого
  века, а современной работы. К тому же золото низкопробное, с большим
  процентом серебра. И изумруд на одной сережке с трещинкой.
   Монгол не возражал. Глядел внимательно своими щелочками, молчал, потом
  взял деньги, в три раза меньше, чем должен был взять. Сквозняк, сидевший
  рядом, сразу понял: банщик уже не жилец. Врет он Монголу, врет и не
  краснеет. Только слишком уж возбужденно говорит. Наверное, думает, будто
  самый умный.
   Когда они распрощались с красноречивым банщиком и вышли на улицу. Монгол
  сказал:
   - Послезавтра он отправляет жену с детьми к родителям в Кутаиси. У него
  будет жить любовница. Цацки он не перепродаст, скорее всего, оставит себе.
  Может, конечно, любовнице подарить сгоряча, но она все равно с ними никуда
  не уйдет. Не успеет.
   Сквозняк немного удивился, когда узнал, что ночью к грузину они пойдут
  вдвоем. Только вдвоем. Монгол и он. Однако спрашивать