а
  очень худенькая, длинная, сутулилась и стеснялась. Она смотрела на Антона с
  немым обожанием, отдавала ему свои взбитые сливки, писала за него сочинения.
   В четвертом классе из простой чешской школы отец перевел их в закрытый
  лицей. Там учились дети сотрудников Пражского отделения КГБ, мальчики и
  девочки из советского посольства и торгпредства. В классах было не больше
  десяти человек, на четырех чехов приходилось шесть русских. Отец Агнешки был
  крупным чиновником в правительстве Чехословакии. Она училась в одном классе
  с Антоном.
   - Агнешка, где твои веснушки? - спросил он.
   - Вспомнил наконец! - Она рассмеялась. - Нет больше веснушек, надоели они
  мне. Слушай, ты надолго в Праге? А как Антон? Да ты садись, давай я кофе
  сварю.
   - Да, спасибо. - Он уселся в мягкое кожаное кресло и покосился на
  стеклянную дверь. - Антон в порядке. А я... Вот приехал по делам... Слушай,
  молено мне быстренько отправить факс в Москву?
   - Конечно, - кивнула она, - вон аппарат. Ты как, от руки напишешь или
  тебе на компьютере напечатать?
   - Я от руки. Там совсем маленький текст.
   - Сам справишься или хочешь, чтобы я отправила?
   - Сам. Я лучше сам. - Он встал, подошел к аппарату, написал на листочке
  всего несколько слов по-чешски крупными печатными буквами. Просто адрес.
  "Карлштейн... улица... дом номер... третий этаж... "Мокко"... Туретчина...
  Брунгильда".
   - Это что, шпионская информация? - хохотнула Агнешка, заглянув через его
  плечо.